Крыши господствующих зданий Северной Венеции первыми пробуждались от серых снов.

Понемногу просыпался вечно-праздничный Невский.

Нехотя просыпался вечно-праздничный Невский.

Сам Михаил Кутузов пристально следит за сбором и отправлением многих туристических групп по Петербургу, Ленобласти и за их пределы.

На этот раз массивные гранитные колонны Казанского собора стали отправной точкой моего путешествия в Северное Приладожье Республики Карелия вместе с компанией «Карелия-гид».

Древние стены близ устья реки Вуокса в небольшом городке Приозерск теперь встречают едва ли не всех туристов, направляющихся в этом направлении по «Дороге жизни». Этот раз стал третьим моим посещением этого места.

Когда-то крепость Корела сыграла значительную роль в истории Карельского перешейка и допетровской России. За свою долгую историю старинный городок несколько раз переходил из рук в руки. Сохранившиеся помещения крепости в настоящее время занимает историко-краеведческий музей «Крепость Корела».

Новгородцы и карелы устроили крепость на берегу реки Узерве (Вуоксы) где-то между ХІІІ и ХІV веками для защиты северо-западных рубежей республики от шведов. Детинец тот час стал самым северо-западным городом Руси. Спустя 50 лет после постройки деревянные стены погибли в сильнейшем пожаре. В XIV веке Корела занимала площадь в 6 тыс. кв. м., состояла из сотни бревенчатых домов, а ее население состояло из 300 человек. Население города занималось земледелием и рыболовством, а также исповедовало христианство.

Летопись Авраамки сообщает, что после пожара крепость восстановили в 1364 году. Тогда в ней появилось первое каменное сооружение — «посадник Яков поставил костёр каменный». C 1330-х годов Корела управлялась литовскими князьями.

Во время Ливонской войны, в 1580 году, обветшавший детинец был захвачен шведами, которые отстроили его заново. По Тявзинскому миру 1595 года крепость вернулась к России. Василий Шуйский пообещал Корелу с уездом Делагарди за помощь в усмирении Смуты. Однако местное население отказывалось признавать условия договора, и в итоге шведам пришлось силой подчинить себе крепость в 1610 году. В отсутствие регулярных войск, для защиты Корелы было собрано ополчение из местного населения. На защиту крепости встали 2000 ополченцев и 500 стрельцов под командованием воевод И. М. Пушкина, А. Безобразова, В. Абрамова и епископа Сильвестра. С сентября 1610 года по март 1611 года продолжалась осада крепости войсками Делагарди, завершившаяся полным истощением сил защитников и сдачей Корелы. В результате, на протяжении столетия, с 1611 по 1710 годы, крепость оставалась шведской и именовалась Кексгольм.

В 1710 году, во время Северной войны, крепость была отвоёвана у шведов, а к окончанию Русско-шведской войны 1808—1809 годов утратила своё приграничное значение.

В XVIII—XIX вв.еках служила тюрьмой для политзаключённых (в частности, здесь содержались семья Емельяна Пугачёва и декабристы).

К концу XIX века Кексгольм был провинциальным городком в составе автономного Великого Княжества Финляндского. С декабря 1917 года он был переименован в Кякисалми. В составе Финляндии город пережил экономический подъём: активно развивалось железнодорожное сообщение с финскими и российскими городами, создавались новые лесопильные заводы, а также крупный целлюлозный завод Вальдгофа. К декабрю 1930 года в центре города была воздвигнута величественная лютеранская кирха.

19 марта 1940 года, после окончания «Зимней войны», город и окружающая территория вошли в состав СССР. Через два месяца после начала Великой Отечественной войны, 21 августа 1941 года, Кякисалми опять стал финским. 24 сентября 1944 года советские войска окончательно заняли город.

Летом 1948 года были начаты раскопки на территории старой крепости. В октябре этого же года Кякисалми переименовали в Приозерск. С августа 1960 года начинаются работы по реставрации крепости Корела, а с 17 июня 1962 года начинается история этой крепости как историко-краеведческого музея. 25 июля 1988 года Кексгольмский герб 1788 года был утверждён в качестве герба Приозерска.

Долгое время бытовало мнение, что главная круглая в плане башня сохранилась до наших дней. Однако проведённые в 1970-х годах А. Н. Кирпичниковым раскопки показали, что единственная существующая на территории детинца башня — постройка шведского времени, которая может быть датирована 2-й половиной XVI века

На планах и гравюрах XVII—XVIII вв. крепость Кексгольм изображалась как однобашенная. Сохранившаяся невысокая (8 метров) круглая башня — воротная, двухъярусная, с заложенными впоследствии огнестрельными печурами. Стены башни очень толстые (4 метра в нижнем ярусе), что свидетельствует о том, что ко времени строительства огнестрельная фортификация была уже весьма развита. Такие башни строились в Шведском королевстве саксонскими мастерами с начала 1540-х годов.

В октябре 1996 года у стен крепости Корела снимались эпизоды кинофильма режиссёра Алексея Балабанова «Брат».

Вблизи крепости небольшой музей под открытым небом.

И только красные гроздья рябины напоминают о наступившей осени.

Далее наш автобус мчит по «Дороге жизни» к северу. То тут, то там, по обе стороны трассы мелькающее среди туч солнце озаряет среди вечнозеленых елей золотистую, багряную листву. Оттого становится все радостней. Некоторое время приходится провести в заторах из-за ремонта дорожного полотна. А на границе с Республикой Карелия — небольшой блокпост. Это связано с прошедшим чемпионатом мира по футболу и нелегальными болельщиками из соседних стран. К счастью, таможенник удовлетворился проверкой документов водителя и экскурсовода и паспортного контроля пассажиров удалось избежать.

Следующая остановка нашего автобуса — мистический протосаамский лабиринт.

Самые увлеченные мистикой немедля стали наматывать традиционные круги в замысловатом каменном узоре.

Я и еще несколько туристов в сопровождении экскурсовода поднялись на возвышенность, со всех сторон окруженную лесом.

Вот, где настоящие лесные просторы!

На вершине спокойный взгляд деревянного лика протосаамского идола устремлен в бесконечные дали лесных долин.

Вечная зелень северных елей, желтая скошенная трава и скалы напоминает мне родной Крым.

Неожиданно среди зеленого моря вспыхивает островок огненной осени.

Узкая тропка вьется в зарослях брусники. Пока ни одной ягодки встретить не удалось.

А вот и целая лужайка осени.

Вооон, а том повороте стоит наш автобус.

А мы друг за другом возвращаемся к нашему лабиринту.

Я ничуть не сомневаюсь в существовании на территории Карелии каких-либо народов, исповедующих языческие верования. Но то, что их символы могли сохраниться столь долгое время в нетронутом состоянии больше похоже на легенду. В любом случае, то, во что мы верим, делает нас сильнее.

В самом центре сужающихся каменных кругов возвышается своеобразный алтарь. Всякий, кто прошел все круги, оставляет на нем «жертву» — небольшую безделушку.

Зачем? Да, просто, чтобы снова вернуться в это, затерянное в карельских лесах красивое место!

Да, просто, чтобы снова вернуться в это, затерянное в карельских лесах красивое место!

По правилам, выходить из круга нужно также строго соблюдая древний орнамент!

Выходим из зеленых зарослей леса на золотистые скошенные поля.

Над кронами деревьев начинает сгущаться мгла.

Со временем она становится все темнее и все ближе.

Вот на нас уже надвигается стена дождя.

А затем крупные капли гулко барабанят в окна автобуса. Последние туристы уже бегут к автобусу под ливневыми струями.

Осень везде непредсказуема!

Ко времени, когда мы вышли из автобуса с неба падали уже не мокрые, а солнечные брызги.

Одноэтажное здание посреди в глуши карельского леса — своеобразный ресторан, сохранивший черты советской эпохи.

После обеда нас вновь ожидала прогулка по лесу.

Еле заметная тропинка пробирается сквозь густые заросли.

На открытой полянке новая достопримечательность. Камень, напоминающий конское седло, и здесь заставляет любителей эзотерики загадывать желания.

Еще глубже в лесные заросли.

А это точь-в-точь кресло вождя.

Вот так посреди леса выстроилась очередь для фотографирования на память.

Эх, была ни была!

Дарю жаркое южное солнце холодной Карелии!

Еще немного по зарослям леса.

И вдруг сквозь чащу снова виднеются серые камни.

Экскурсовод рассказывает, что эти аккуратно выложенные камни не что иное, как сохранившееся языческое святилище. Но мы то с вами понимаем силу времен и количество эпох…

От святилища по отмеченной каменными блоками мокрой от осеннего дождя дорожке выходим обратно к автобусу.

Продолжаем путь к изюменке всего путешествие — изрезанным проливами и островами северным берегам Ладожского озера.

Продолжение следует!